?

Log in

No account? Create an account
Почему я считаю украинцев выродками?
wildsvin
Оригинал взят у arguendi в Почему я считаю украинцев выродками?
Странный вопрос. Лично на мой взгляд, надо быть полным мудаком, чтобы его задавать. Но если у кого-то вопрос все же повисает в голове, посмотрите это видео.

Там не рассказы про зверства украинцев в Донбассе. Это всего лишь юмористическая передача из Киева:



Очень жалко, конечно, небольшой процент русских, что еще живет среди этого многомиллионого стада ублюдков и выродков. А то бы я давно уже нажал красную кнопочку на своем ядерном чемоданчике. Будь у меня такая возможность.

И последнее. Глядя на современную Украину, начинаешь куда лучше понимать Ветхий Завет с его, на первый взгляд, иррациональными жестокостями, когда Бог повелевал евреям уничтожать не только самих язычников (вырезать полностью, под корень), но даже их домашний скот и всякую утварь. Чтобы ни следа не осталось от этой нечисти и не попало в руки евреям.

Глядя на современную Украину, понимаешь, что в этом был определенный смысл.



учим французский с Бельмондо
wildsvin
Оригинал взят у englishdic в учим французский с Бельмондо
Нами запущена новая серия видеоматериалов для изучения французского.
Говорят актеры из культового боевика-комедии "Профессонал", а мы ж повторяем?
Энджой!


За что лишали звания "Герой советского союза" или страшные тайны награждённых
wildsvin
Оригинал взят у gold_manaa в За что лишали звания "Герой советского союза" или страшные тайны награждённых
Герой советского союза

Все мы слышали или знаем о существование высшей награды в Советском Союзе звании "Герой Советского Союза" которое давалось за совершение настоящего подвига, но не все знают что среди героев были и те кто лишился этого высокого звания. Если вы хотите знать за что можно было лишится  этого высокого звания  то прочитайте эту статью.

Всего 74 героя были лишены самого высокого звания в стране. Есть среди них маршал, генералы, полковники, подполковники, майоры, капитаны и лейтенанты. Немало среди них сержантов и рядовых: трудяг передовой – «рабочих войны». У каждого из них своя судьба на фронте и своя в мирной жизни.Read more...Collapse )

[reposted post]10 ФОКУСОВ, КОТОРЫЕ ПОРАДУЮТ ДЕТЕЙ И СОЗДАДУТ ОТЛИЧНОЕ НАСТРОЕНИЕ!
matveychev_oleg
reposted by wildsvin

1. Фокус «заговор воды»
Возьмите банку с плотно закручивающейся крышкой.
Внутреннюю сторону крышки покрасьте красной акварельной краской.
Налейте воды в банку и закрутите ее крышкой. В момент демонстрации не поворачивайте банку к маленьким зрителям так, чтобы была видна внутренняя сторона крышки.
Громко произнесите заговор: «Точно так, как в сказке, стань водичка красной». С этими словами встряхните банку с водой.
Вода смоет акварельный слой краски и станет красной.

2. Фокус с монеткой

Разложите на столе несколько монет.
Пусть один из малышей выберет монету. Объявите, что вы отыщете выбранную монетку среди других.
После чего попросите ребенка сжать ее в кулачке, а кулачок поднесите к своему лбу, объяснив это тем, что вам нужно подумать об этой монетке.
Постойте так примерно минуту, можно даже что-то нашептывать с таинственным видом.
Потом попросите малыша кинуть монету на стол и перемешать ее с остальными. Затем вы, ориентируясь на теплый металл монетки, легко ее отыщете и предъявите зрителям.

3. Фокус заставляем газету стоять

Предложите детям заставить обыкновенную бумажную газету стоять вертикально. Скорее всего, ничего не получится. Предложите им помочь, и после некоторых ваших манипуляций газета действительно вертикально стоит на руке. Секрет фокуса заключается в том, что вы разворачиваете целую газету и берете ее за противоположные углы. Одной рукой сверху газеты, а другой рукой снизу. После этого вы натягиваете газету так, чтобы в центре образовалась складка. Нижний угол надо немного подогнуть. Если после этого убрать руку от верха газеты, то она сохранит равновесие, стоя на вашей руке.

4. Мгновенное превращение апельсина в яблоко

Юный волшебник показывает всем апельсин, накрывает его ярким платком, произносит волшебные заклинания, сдергивает платок. А на ладошке уже яблоко! Секрет фокуса. Заранее аккуратно снимите с апельсина кожуру. Затем яблоко (оно должно быть чуть меньше апельсина) поместите в эту кожуру. При показе ребенок, плотно зажав яблоко в апельсиновой кожуре, показывает всем, что у него в руке. Затем ловким движением снимает с яблока платок вместе с кожурой.

5. Прыгающая монета

Это милый домашний фокус, простой и эффективный. Положите небольшую монету на стол и предложите кому-нибудь поднять ее, не касаясь ни стола, ни монеты. Конечно, даже если кто и вызовется сделать это, все равно не сумеет.

Секрет фокуса: достаточно держать руку недалеко от монеты и сильно дунуть на нее с расстояния 5 сантиметров. Воздух, сжатый вашим дуновением, поднимет монету и подбросит ее вам в руку. Удается это не сразу, но после нескольких упражнений можно ловко проделывать этот фокус: дунул и вот монета в руке!

6. Вода-обманщица

Если на крупную медную монету поставить прозрачный стакан, то сквозь его стенки монету будет отчетливо видно. Налейте в стакан воду — монета «исчезнет» (конечно если не смотреть в стакан сверху). На основе этого оптического эффекта можно придумать номер. Возьмите монету и заранее приклейте ее ко дну стакана. Ребенок показывает зрителям стакан с водой. В нем ничего нет. Опустить стакан вниз и держать его так, чтобы зрители смотрели на него сверху — в стакане появилась монета!

7. Задуй свечу

Читать дальше...Collapse )


Про выживание в условиях БД .Часть 2
wildsvin

Мы решили принять участие в боевых действиях

Дальше я буду рассказывать про кое-какую специфику по БД. Как вести себя, если вы насмотрелись патриотических фильмов и приняли решение «сдохнуть за могилы дедов». Дабы это не превратилось в «виртуальный клуб головорезов» – я буду рассказывать кое-какие специфические мелочи тезисами.

Так, мы начинаем бодаться. Это могло произойти с самого начала или мы предварительно бегали и прятались. Главное понять, что будь вы хоть Рембо, но в одиночку вы ничего не сделаете. Война – это командный вид спорта. Поэтому вам нужно непременно примкнуть к одной из сторон конфликта. Еще раз: воевать одному нельзя! Даже Васю Зайцева кто-то кормил и снабжал боеприпасами, так что без фокусов, коммандосы. Соглашайтесь, добровольцем, на любую самую грязную работу, но в составе ВС. Даже если вас сделают «землеройкой» - это тоже хорошо.

Сразу говорю, любые мысли, чаяния и надежды, что все будет просто и понятно – отбросьте сразу.

– В войсках всегда никто ничего толком не понимает. Большинство офицеров – самодури, а кол-во моральных уродов, которые рвутся воевать, будет зашкаливать. И это нормально (точнее не нормально, а норма). Помните, какой бы вы не были умненький – вы засовываете свои мозги в как можно глубже, и выполняете все, в точности как вам говорят. Даже если это какая-то тупая очевидность – вы НЕ ИМПРОВИЗИРУЕТЕ. Все в соответствии с уставом и приказами. Кто начинает «умничать», как бы логично и разумно это не казалось, то всегда попадает в залет.

– Помните, если «свои» на вас орут – это неплохо. Не надо огрызаться. Плохо когда они по вам стреляют. А бывает и такое, так как разобраться где свои, а где чужие достаточно сложно. Бои идут маневренные и позиции меняются постоянно. Можно уверенно вести несколько часов бой, пока в штабе не сообразят, по радиопереговорам, что вы стреляете в друг друга. Так что бывает и такое. И не надо потом предъявлять «противникам» претензии, им тоже не понравилось.

– Помните оружие всегда на предохранителе. Вы снимаете с его только если начинаете стрелять или идете в «головном дозоре» (но ВЫ там окажетесь вряд ли, командиры не рискнут). Если рядом с вами, на марше, идет оболтус со снятым предохранителем – поправьте его. НЕ ТЯНИТЕ РУКИ К ОРУЖИЮ. Поправьте словами, скажите ему о предохранителе. Если отказывается, то принимайте решение сами: можете сказать сержанту или офицеру, можете забить, как хотите. Но помните, что очень много ребят запаковали в 200 из-за придурков неаккуратно обращающихся с оружием. С другой стороны, боец, которого вы подставите перед командиром, может по вам потом и стрельнуть. Решайте сами. Лучше стойте на своем и прессуйте его самостоятельно, если характер позволяет.

– Оружие НИКОГДА не направлять на своих. Даже в «шутку», даже поставленное на предохранитель, даже с отстегнутым магазином. За такой фокус вас «накажут».

– На АК предохранитель имеет три положения. Собственно, блокировка, автоматический огонь и одиночный. Если вы в панике резко снимете с предохранителя, то наверняка опустите его до упора и поставите, тем самым, в режим одиночного огня. Это сделано, что бы обезумевший от ужаса боец, не просадил магазин за секунду и не остался без патронов. Помните об этом.

– Предохранитель на АК достаточно мерзко лязгает. Если вам нужно снять его тихо, то оттяните его и плавно переведите в нужный режим огня (это, почти всегда, одиночный огонь).

– Перед выходом попрыгайте на месте. Проверьте, что на вас ничего не лязгает и не бренчит. Антабки на оружие лучше заранее перемотать изолентой или бинтом. Патрон в патронник, и на предохранитель.

– Изучите таблицы стрельбы на свое оружие. Пуля летит НЕ ПРЯМО. У нее баллистическая траектория с превышениями и понижениями. Поэтому грамотное определение расстояния до цели и знание таблицы стрельбы – это хорошая возможность попадать быстро, а значит уменьшить время, пока стреляют по вам.

– Ветер влияет на траекторию полета пули. Изучите влияние ветра на ваше оружие ЗАРАНЕЕ, а не походу и на глазок.

– Если вам представилась возможность выбирать оружие – берите такое же (такой же калибр) как и большинство ваших товарищей. На себе много патронов не унести, а кончаются они быстро, особенно в городе, так что если с вами смогут поделиться – это большой плюс. Если вашего товарища убили, не побрезгуйте восполнить свой боекомплект (предварительно получив разрешение от командира).

– Если вы уходите в «автономку», то вы берете на себе 360 патронов (это 12 магазинов) и еще столько же, но в пачках просто кидаете в рюкзак. Сильно сэкономите в весе.

– Помните, что магазины, расположенные на груди и животе – это дополнительная бронезащита.

– Большинство смертей и ранений происходят от осколков. Обычный ватник вполне способен защитить вас от мелких осколков. Повесив поверх еще и разгрузку с магазинами – вы можете считать себя относительно защищенным. Не забудьте поднять ворот.

– Бронежилет – это очень хорошо. Любой. Даже самый бэушный.

– Если вам в броник попала пуля – это еще не значит, что он вас спас. Так как энергия пули, остановленная элементом брони, способна нанести вам чудовищную заброневую травму. Ребра ломает почти всегда. А возможен и разрыв органов. Так что если в вас нет дырки – это еще не повод радоваться. Бывает, что дырка была бы «предпочтительнее».

– Не трогайте гранатометы. Стрелять из них сложно. Оставьте это более опытным товарищам.

– Проведя несколько дней на свежем воздухе, курильщика можно засечь за 70–100 метров. Бросайте курить.

– Если вам что-то послышалось – останавливаете группу и «даете тишину». Слушайте внимательно. Даже если вы будите тормозить группу каждые пять минут, только редкие идиоты будут на вас ругаться.

– Вы никогда, остановившись, не продолжаете стоять. Нужно встать на колено или лечь. Это очень выматывает, но это вопрос выживания всей группы. Если кто-то ленится садиться – заставьте его.

– Пальца на спусковом крючке быть не должно, даже если оружие на предохранителе.

– На маршах, кладете автомат на руки и складываете их на груди крестом. Так легче нести. При этом большой палец провой руки всегда готов снять с предохранителя, а вскинуть оружие достаточно быстро.

– Ремень (автоматный) всегда на шее. Иначе, если попадете в засаду, будет подрыв мины и вы полетите в одну сторону, а ваше оружие в другую, и вы из легкого 300 превращаетесь в 200.

– На посту не спать. Если заснете, пристрелить вас захотят не только враги. В ВОВ за это, как и за потерю оружия, расстреливали официально. Сейчас расстреливают неофициально.

– Пописать можно стоя на коленях, не превращаясь в стоячую ростовую мишень.

– В туалет ходить ТОЛЬКО подвое. Один срет – второй прикрывает. Если никто не хочет в вами идти – терпите.

– Чихать в себя.

– Кто медленно бегает – быстро умирает.

– Эффективность гранат переоценена. Бывали случаи, когда гранаты взорвалась в небольшой комнате, а внутри были только легкие контузии.

– Чеку зубами вырвать нельзя. Только пальцами.

– Если вы проводите зачистку (последние часы вашей жизни), то как в анекдоте: в комнату заходите вдвоем, сначала граната, потом вы.

– Стоя перед дверью и ожидая ваших товарищей, собирающихся для штурма, придержите дверь, чтобы ее было не открыть. Иначе в коридоре увидите или гранату или ствол.

– Гранату закатывать по полу. Не кидать.

– Закатили гранату, взрыв, закатили еще одну, но невзведенную. Пусть опять лезут прятаться.

– Не бегать перед стволом товарища. Вы перекрываете ему возможность стрелять.

– Любая закрытая дверь НЕПРИКОСНОВЕНННА, так как может быть заминирована.

– Ящики не открывать, электронику не включать. Ничего не трогать. Все может быть заминировано. Это важно. Вплоть до того, что нельзя открывать холодильник, даже если очень хочется кушать, и поднимать крышку унитаза.

– В стенах могут быть проломы завешанные тряпками или коврами. Так враг может быстро перебегать из парадной в парадную. Помните это. То, что вы находитесь в крайней квартире, не значит, что из соседней в вам нельзя войти через стену.

– На окна можно вешать сетки от старых советских кроватей. Они хорошо останавливают ВОГи.

– Вы можете слышать мяуканье, например из-за двери стенного шкафа. Мне очень жаль, но животное обречено. Скорее всего, его там заперли вместе с гранатой. Открывать нельзя. Это очень сложный момент, всегда, в таких сложных ситуациях хочется оставаться человеком, но…

– Если вам нужно стрелять из помещения на улицу, то не надо подползать к подоконнику или стоять сбоку от окна. Уйдите вглубь помещения, встанет на табуретку, закрывшись стеной или т.п. И не включайте свет, нельзя, не подсвечивайте себя (я уже не говорю о ВУ).

– Осколки кирпича или бетона, выбитые огнем, имеют свойства лететь на вас. При попадании по глазам… ну вы поняли.

– Из гранатомета стрелять по людям бесполезно. Хотя сейчас, вроде, начали делать фугасно–осколочные снаряды, но, ИМХО, это ересь.

– Долго стрелять не меняя позицию – плохая идея.

– Пригибайтесь.

– Не надо «вычислять снайперов». Не ваша работа, да и знаний вам не хватить. Воюйте дальше, «не обращая» внимания.

– Будьте готовы, морально, «отработать» гражданских, которые засветили вас. В том числе женщин и детей. Если перспектива не радует, то двигайтесь осторожней.

– На АК–74 (экземпляр с хорошей кучностью боя), можно прикрутить прицел ПСО от СВД. На дистанциях 500–600 метров у АК–74 и СВД очень близко сопряжены траектории, прицел встанет идеально. Будите стрелять и переносить огонь, из-за калибра, гораздо быстрее, чем с СВД. Да и тем, кто решит поискать снайпера, вы будите неинтересны.

– Из подствольника стрелять в помещении НЕЛЬЗЯ. У него есть время взвода. Ему нужно пролететь 15–25 метров, прежде чем граната взведется. Соответственно в помещении она просто не сработает.

– Современные гранаты РГО и РГН взрываются В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ от удара. У них ударный взрыватель стоит. а взрыв через промежуток – это срабатывает самоликвидатор (на тот случай если граната упала в рыхлый снег)

– Никто, даже саперы, не занимаются снятием мин и ВУ. Они тупо подрывают их тротиловой шашкой. Не надо умничать и начинать снимать ВУ.

– На растяжки, нормальные воины, ставят секреты, чтобы было не снять по-простому. Так что «перерезать нитку» – плохая идея. Просто пройдите мимо. Это не ваше дело, для этого есть старшие товарищи. Учить делать ВУ и растяжки не буду. Я думаю, вы понимаете, что это сразу статья. Учите первую медпомощь.

– При ранениях бывают венозные и артериальные кровотечения. «Лечатся» они по-разному. Но тут важно другое. В горячке боя времени нет. С венозным кровотечением товарищ будет умирать несколько часов, а с артериальным буквально 10-20 секунд, а дальше потеря сознания и начинается гипоксия. Так что, что бы не париться, быстро накладываете артериалый жрут поверх раны (сейчас интерны начнут возмущать, но такова жизнь, это не гражданка, приходится нарушать) и возвращаетесь в бой. У вашего товарища будет полчаса-час на то, что бы разобраться самому, ну или это сделаете вы, когда освободитесь.

– Жгут всегда под рукой! Ни в сумке, ни в рюкзаке – или намотан на приклад, или в разгрузке под рукой.

– С собой всегда ДВА жгута! Один вы можете отдать раненому товарищу и через минуту получить пулю в бедренную артерию.

– Есть такое понятие как «подавление огнем». Активно поливая врага, зачастую, можно сковать его действия, даже не попадая и не нанося урона живой силе. Особенно вам помогут трассера.

– Помните трассера, помимо того что очень сильно засерают ствол, они еще и выдают вашу позицию. Так что не злоупотребляйте ими. Да и прицельный огонь ими вести сложно.

– Оружие нужно чистить каждый день. Особенно нежно в районе дульного тормоза. Если там будет канавка или ямка, то кучность боя сильно упадет.

– Последние три патрона в магазине, лучше забить трассерами. Чтобы пустой магазин не стал для вас неожиданностью. Более того, если вы оставите один патрон в стволе, то вам останется только подстегнуть новый магазин, то есть скорость перезарядки возрастет.

– Следите за ногами, не ленитесь их мыть. Натрете – и вы уже не воин. – Если видите, что по кому-то можно стрелять, это еще не повод стрелять. Если вас не заметили, узнайте у командира, можно ли ввязываться в бой.

– Если вы кого-то заметили, но вас еще не увидели, не надо резко прыгать в сторону. Периферическое зрение выдаст вас мгновенно. Мягко и плавно, не торопясь, сядьте и спокойно займите позицию. Это будет гораздо менее заметно.

– Помните, досылая патрон патронник затвор нужно отпускать резко, чтоб лязгнул. Иначе «зажует».

Список снаряжения

ДЛЯ ВОЙНЫ! Не для турпохода! Система обозначения: вещи помеченный звездочкой – это вещи, покупка которых является НЕ первостепенной. Я пишу вещи на разные сезоны вперемешку (но это не значит, что все это нужно засунуть в один рюкзак), это все тащить с сбой не надо, разумеется. У вас дома должно быть все. Чтобы вы могли под разные задачи сами менять снаряжение. Сразу оговорюсь, я не фанат «Горки». Я предпочитаю хорошую плотную полевую форму и поверх маскхалат, так что «Горки» в списке не будет.

Тряпки

1. Берцы. Условия при выборе два: чтобы не пропускали воду, и вес. Выбирайте самые легкие.

2. МИНИМУМ пять пар носков (в том числе зимних).

3. Плотные штаны

4. Термобелье

5. Несколько маек, только хлопок

6. Плотная полевая куртка

7. Ремень

8. Маскхалат (и летний и зимний)

9. Флисовая куртка (вместо свитера, она легче, вес очень важен)

10. Зимняя куртка и зимние штаны

11. Зимние сапоги (советую «Хаски с.080» – дешево и сердито)

12. Шапка зимняя (вязаная, не надо ушанку таскать, она тяжелая)

13. Кепка или панама, на лето. Лучше панама из брезента, что бы хоть чуть-чуть держала влагу. В Сплаве такая есть, недорогая.

14. Шарф зимний

15. «Арафатка»

16. Перчатки или варежки на зиму

Снаряжение и экипировка

1. Рюкзак рейдовый на 60 литров

2. Рюкзак штурмовой на 25 литров *

3. Пятиточечник *

4. Спальный мешок

5. Наколенники

6. Брезентовая плащ-палатка

7. Складной коврик

8. Разгрузка *

9. Бронежилет

10. ПНВ *

11. Активные наушники *

12. Баллистический очки *

13. Бронешлем, или, в худшем варианте каска

14. Фляга или гидратор

15. Малая пехотная лопатка

16. Десантная веревка 50м *

17. Котелок с подкотельником

18. Газовая горелка

19. Карабин

20. Компас

21. Паракорд 20 метров

22. Вилка ложка

23. Грим

24. Зеркальце

25. Набор ниток и иголок

26. Спички

27. Набор для чистки оружия

28. Оружейное масло

29. Тальк

30. Стрелковые перчатки

31. Изолента

32. Источники тепла

33. Фонарь

34. Тактический оружейный ремень *

35. Нож

36. Часы со стрелками

37. Карандаш

38. Бумага

39. Армейская рация *

40. Пончо

41. Средство от насекомых (не вонючее)

42. Бинокль *

43. Дальномер *

44. Мультитул *

По медицине

Берете то, что нужно лично вам, под ваши персональные болячки. Плюс: 3 артериальных жгута, 2–3 ИПП, много бинтов, ножницы, шовный материал, обезболивающее (таблетки, если заболят, например, зубы), дезинфицирующее средство. Так же нужен промидол и какие-нибудь ЖЕСТКИЕ антибиотики (но их вы вряд ли купите в аптеке без рецепта). Лишним не будет активированный уголь, а то под нагрузками живот, бывает, ерундой начинает заниматься. Еще советую собрать наборчик в ампулах из кетанова, дексаметазона и кордиамина. Ну и шприц к ним, разумеется. Это противошоковый набор. Не даст вашему сердцу встать из-за того, что мозг обвалил вам давления от боли или кровопотери (а как правило они где-то рядом ходят)


Про выживание в условиях БД .Часть 1
wildsvin




Советы на всякий случай, а случаи бывают разные…











Следующие советы получены от бывшего сотрудника ГРУ, скрывающегося под кличкой Енот. К сожалению, все контакты с ним утеряны. Сценарий похожий – гражданская война или война.

…Так или иначе, сценарии могут быть разные. Суть всегда одна: нужно пережить первые недели две, а там «видно будет» (причем это не значит, что нужно две недели сидеть дома). Сценарий «А» вас сильно напрягать не должен, если в Москву перебросят чечей или еще какую каку, то людей для «работы» по ним найдется. Вам в такое лезть не надо. Вот и правило номер один родилось. Не надо никуда лезть, особенно в «драку». Для этого всегда найдутся «отморозки». Ваша задача – это «сохранение трудовых ресурсов», то есть себя.

Что касается двух оставшихся вариантов. В случае с «Б» придется воевать, если хотите, конечно. В случае с «В» – можно уже и не воевать. Родину просрали. Решать будите сами, по обстановке. Можно «смертью храбрых», можно работать и жить дальше, если дадут.

Главное помните, всегда будет примерно три степени «задницы». Локальные бои, полномасштабная война, бесперспективная оккупация с последующим расчленением страны. Я объясняю это для того, чтобы было понимание очень важного момента, о котором обычно при стрессе люди забывают: ваши действия зависят от обстановки. Никакой самодеятельности, только здравый смысл.

Стрельба на улице – это не конец света. Даже если у вас в подъезде пункт первичной обработки раненых, а во дворе расчет 120мм миномета, это еще не значит, что нужно срочно бежать (хотя если миномет, то позицию надо менять, его непременно разнесут вместе с вами).

Да-да, пальба и трупы это еще ничего не значит, как не странно. Несвоевременный маневр «свалить куда подальше» может стоить вам жизни. Не суетитесь, не паникуйте, посмотрите КТО и по КОМУ стреляет, а главное зачем.

Пока мы в городе

Если в ходе событий и беспорядков, вы приняли решение бежать, то постараюсь кратко раскидать ваши шансы. В городе по типу Москвы или СПб шансов выжить очень мало. В городах нет достаточного запаса продовольствия и раздавать его в случае волнений никто не будет. Еда есть только в магазинах и на пищевых базах (про них можете забыть, там войска или бандиты появятся сразу).

Покупать продовольствие имеет смысл в первые сутки, когда еще продают; дальше магазины закроют и персонал начнет все тырить. Если момент с «покупкой» прощелкали, то ружье в руки и идем «приватизировать». Советую подрядить на это дело собой соседа и не одного, во-первых, больше еды унесете, так как вам еще надо, чтобы кто-то прикрывал вас от таких же молодчиков, встретивших вас внутри или на обратном пути; во-вторых, огневая мощь у вас с гладкостволом где-то в районе нуля и лишняя пара стволов не повредит, но помните, если соберете с собой слишком много народа, то вы «групповая цель», и «делить» хабар будет очень грустно (3–4 человека, больше не надо с собой брать).

Разумеется, у вас должны быть запасы воды и еды в квартире. С водой все еще хуже, подвоза не будет. Если вода из крана пропадет – у вас есть бачек унитаза. НЕ СМЕЙТЕ СПУСКАТЬ ЭТУ ВОДУ! Она ничем не отличается от води из под крана, один стояк с холодной водой. А это неделю жить и не тужить (ну, не помереть так это точно). Если будет возможность, то пару канистр в зубы и «потрошить» заправку. ГСМ – это очень важно. Но помните, в квартире его держать нельзя. Пары легко воспламеняемы. Сделайте схрон, лучше на чердаке, в подвале люди будут прятаться от обстрелов.

Убивать вас будут вряд ли. На «мутной воде» никто не тратит боеприпасы на людей без оружия. Разумеется, это не повод ходить в полный рост на прогулку перед сном, но помните, что вы не цель №1. Как показал опыт города Грозного – вполне реально воющие в полную силу мужики, напрочь игнорируют местных, не до них. Разумеется «дурак» всегда может прилететь, особенно в сумерках, но все еще не так плохо.

Помните, что вы не должны располагаться, ни рядом с телецентром, ни с объектом инфраструктуры, и, разумеется, если в квартиру вошли люди с оружием, и «проинформировали» вас, что теперь у них тут пулеметный расчет, то вы говорите им «ОК, располагайтесь», и сваливаете. Никаких «Это моя собственность, я никуда не пойду» – это пуля в лоб сразу, им не до вас, будете мешать – ляжете. Уходите даже если не просят. Так как их противники могут в любую минуту «накрыть» вашу квартиру, причем стрелять будут не камнями из рогаток.

Перед больницей лучше тоже не прыгать. Стороны конфликта будут свозить туда раненых, возможно, будут стараться отвоевать себе это стратегическое здание. Там будет пальба. В случае бомбардировок, кто-нибудь непременно жахнет по больнице, даже не сомневайтесь, тех, кто писал Женевскую конвенцию, обычно, в ГТ нет, от этого ее соблюдение несколько условно. Как в «Пиратах Карибского моря»: «Это не свод законов, скорее, набор правил желательных к исполнению».

Помните, как только начался такой замес, вашей собственности больше нет. И сильно возникать не советую. Убивать нужно, если кто-то тянет руки к вашей еде и воде. Все остальное ерунда. Если вы обменяете автомобиль на автомат в оружейной комнате ближайшего отделения милиции – то вы большой молодец. Даже если вы обменяли новый Мерседес на б/у АКСУ и всего 2–3 магазина, то вы все равно большой молодец. Машина вам больше не нужна. Выехать из города вы не сможете на ней 100%, а вот желание стрельнуть по вам будет очень серьезное. Пока вы в городе не советую надевать камуфлированную одежду, иначе может «прилететь».

Итак, что мы сейчас спрогнозировали. У нас в городе «М» начались уличные бои. Мы приняли решение, в силу обстоятельств или из тактических соображений, остаться в городе (хотя это мысль плохая, почти всегда). Мы знаем, что магазины можно начинать грабить уже на вторые сутки, оружие есть в ближайшей отделе милиции, воды есть немного в бачке унитаза (разживетесь парой бутылок питьевой в магазине – еще лучше), вашей собственности больше нет, человек с оружием всегда прав, там где есть человек с оружием – не должно быть вас, кто одевается как военный – воюет (даже если не хочет), схрон с ГСМ это большой плюс (ГСМ, кстати, может стать валютой соизмеримой по ликвидности с оружием и боеприпасами), к важным объектам не подходим даже близко.

И вот еще что. НИКОГДА НИКУДА НЕ ХОДИТЬ ПРОСТО ТАК, ОСОБЕННО «ПОСМОТРЕТЬ ЧТО ТАМ». В городском бою очень многие вещи делаются «по-тихому», разведывательно-диверсионным методом. Любая разведгруппа, увидев вас, 100%, пойдет вас резать. Это в фильмах показывают пальцем «тихо», и идут дальше. В реальной жизни вас прирежут на месте. Их выживание и выполнение задачи зависит от отсутствия свидетелей. Более того, группа занявшая позицию в городском бою, маневренном, сделает то же самое, если вы «засветите» их позиции и пойдете дальше. Даже пулеметный расчет на перекрестке, который еще только «окопался» не будет питать к вам теплых чувств. Так что если они вас издалека заметили и подзывают пальчиком «поговорить», разворачиваетесь и бежите со всех ног. Ребята могут улыбаться, выглядеть приветливо, подманивать хабаром – подойдете, и все изменится. Местных частенько приходится «отрабатывать», если они попались по пути. Так что вопросов не задаем, лишний раз из своей «раковины» не вылезаем.

Мы решили покинуть город

Теперь мы начинаем сваливать из города. Проблема заключается в следующем: либо город перекрыт, либо в нем идут бои. Если вы, в силу обстоятельств, прозевали момент начала активных боев – это очень плохо, но еще не значит, что вы обречены. Выйти из города можно всегда. Тут, независимо от ситуации, есть два момента. Первый: движение по городу, второй: проход через оцепление. Вокруг крупных населенных пунктов есть кольцевые дороги – это основная проблема.

Мотострелки на коробках за несколько часов, двигаясь по ровному асфальту, возьмут город в кольцо. Если это произошло, то отбросьте сразу все мысли «незаметно проскочить». Любое «непонятное» движение – это, в условиях боев, сразу очередь, и золотое правило «Не вижу – не стреляю» зачастую не работает. На оцепление мы идем добропорядочно сдаваться. Но до этого мы еще не дошли…

Да, вот еще что: В МАШИНУ НЕ САДИТЬСЯ!!! Любой транспорт в городе будет обстрелян 100%.

Итак, у нас с собой есть рюкзак с хабаром нужным для выживания, в идеале, малогабаритное оружие (аксу + пистолет, стандартный ментовской набор), и еще одна небольшая сумка, дублирующая основной рюкзак, только в гораздо более скромных масштабах (например, в рюкзаке у вас еды на три дня, а в сумке еще на один день и т.д.). Сумку ближе к телу, и не снимать. Очень важно взять с собой отдельно, хоть в трусах несите, все ювелирные украшения, что найдете.

Рюкзак накрываете белой простыней и крепите ее на нем. Это нужно для того, чтобы любой вояка, засекший вас (а таких будет много, а городе даже не надейтесь пройти незаметно) видел, что вы ГРАЖДАНСКИЙ и не принял решение «открыть» свою позицию ради вас. Вас сопроводят в прицеле, и вы пойдете дальше. Разумеется, вы не маршем идете по главному проспекту, но не надо обмазавшись грязью, а-ля Шварценеггер – вас выпасут и пристрелят, потому что не поймут кто вы и что вы. Соответственно камуфляжа на вас нет.

Вы гражданский и должны выглядеть как гражданский, с белым рюкзаком, как с белым флагом, иначе пристрелят. Вы всем своим видом должны показывать, что не представляете интереса, вы просто сваливаете. Разумеется, оружие при себе, только не над головой его несете, а прячете. Пистолет в карман (взведенный). Автомат, если разжились – (в идеале аксу), складываете приклад и прячете под куртку. Советую предохранитель на автомате снять сразу, он бывает жесткий, можете растеряться. Патрон в патроннике, разумеется. На груди не должно быть никаких объемных вещей, максимум спрятанный автомат – если придется падать, то вы будите лежать на какой-нибудь сумочке, которая будет поднимать вас над землей, в вас будет легче попасть.

Если к вам идет прямым курсом человек с оружием, останавливаетесь и «без фокусов», на позициях его товарищи. Он, скорее всего, будет потрошить тебя на хабар, хотел бы пристрелить – уже бы пристрелил. Будет отбирать рюкзак – отдаете (мы все равно его отдали бы на выходе из города, на оцеплении), просите оставить вам простыню (на спину накинете) и сумку (маленькую, в которую мы все дублировали в меньшем количестве). Это момент сугубо психологический, мы спокойно отдаем большие вещи и просим оставить нам маленькие, как правило, люди соглашаются, на это наш расчет был с самого начала. Выйти с кучей хабара никто не даст, всем надо.

Говорим, что у нас есть автомат (не достаем и показываем, а спокойно говорим о его наличии) и просим оставить – отберут 100%, но это позволит вам сохранить пистолет (о нем не говорите, если отдадите автомат, вас вряд ли будут шмонать), автомат заметили бы итак, а если вы его сразу сдали, то значит вы «небуйный». Вы, как бы, размениваете свои вещи на свои же. Если не было пистолета, можно было взять гладкоствол в разобранном виде, главное отдать «большое и страшное оружие». Мы исходим из того, что раз вы досидели до оцепления и уличных боев, то вы не просто по ТВ рекламу смотрели, и на базар в ближайшее ОМ уже сходили.

Про скорость передвижения, если вы будите проходить по городу 10–15 километров день, то это отличная скорость. Помните, что вы пойдете не прямо, а будите петлять по микрорайонам, так как будут идти местные бои. Соответственно если по карте от вашего дома до КАДа 10 километров – это не значит, что вы пройдете их за сутки. Идете ДНЕМ. Обычно двигаются ночью, но любой балбес, который в ночи пойдет – 10 из 10 получит пулю. Мы идем днем с белой простыней, мы сдаемся, будем прятаться – будем собирать на себя огонь.

Доходите до оцепления или заградительных кордонов, сбрасываете пистолет, и с высокоподнятыми руками активно голосом демонстрируя, что вы тут, показывая белую тряпку, идете к солдатам. Вы не идете куда попало, вы идете на блок-пост или опорный, если надо пройдите до него с поднятыми руками 200–300 метров. Суть в том, что пост оборудован для «приема» и там солдаты чувствуют себя комфортнее, соответственно желания стрельнуть будет меньше. Вас начинают шмонать. Оружие вы уже скинули, вы «тихий обыватель», к вам выйдет офицер. Скорее всего, какой-нибудь лейтенант, не старше. Это к тому, что особо раболепствовать перед ним не нужно. Предлагаете обменять ценности за «право прохода». Разумеется не при подчиненных. Если все прошло успешно, то вы вышли из города.

По дороге вы 100% потеряете почти весь хабар и все оружие, потратив на смешное расстояние 1–2 дня пути. И ЭТО НОРМАЛЬНО. Город, взятый в кольцо, это огромный лагерь пленных. Отдать можно всю что угодно, лишь бы выйти. Потому что внутри начнется голод и достаточно скоро.

Итак, мы идем осторожно, но не прячемся как «разведчики». Мы одеты как гражданские и у нас на спине белая тряпка (с фронта будет видно, что у вас нет оружия, а вот со спины про оружие будет непонятно, нужно подстраховать). У нас есть маленькая сумка с жизненно необходимым хабаром. Есть ювелирка (золото) как валюта. Оружие, с которым мы не забываем расстаться до того как подойдем к военным на посту (если вас примут с оружием – объяснить, что вы гражданский будет тяжело; вас или запишут или в дезертиры или в переодевшегося врага). Если вы полупустой вышли из города за 1–3 дня, перебираясь из района в район, то это нормально.

Из личного опыта: обычные арахисовые сникерсы очень питательны. 6 двойных сникерсов – это дневная норма по ккал для мужика. Греть еду может и не выйдет (скорее всего). Сникерсы – это конечно не шведский стол, но война идет, не привередничайте в плане еды. Тема со сникерсами честно украдена у чеченов. Они на них воюют. Можно прям по дороге перекусить, очень хорошая тема, с сахаром, глюкоза, настроение поднимает (учитывая, что вы будите в жутком психофизическом состоянии – глюкоза очень кстати).

Главное – это понимать, что ребята с автоматами очень наряжены, по ним стреляют. Дать им повод, пострелять в вас, очень легко. Так что осторожно и не выпендриваться. Морду попроще, на все соглашаться.

Итак, теперь я очень кратко расскажу куда и зачем надо сваливать. Помните, до сего момента мы специально разбирали САМЫЕ ЖЕСТКИЕ СЦЕНАРИИ. Сейчас мы поступим так же. Делаю это специально, «зачем?», думаю, объяснять не надо.

Итак, самый плохой вариант: мы почти без еды и оружия оказались вне города. В идеале каждый из вас должен взять, заранее (сейчас), карту и накидать по карте несколько мест, куда можно отступать. НИКАКИХ ГЕРОЙСТВ! Дайте сойти пене, а там уже будите разбираться, где и чего происходит. Вы должны выбрать места по НАПРАВЛЕНИЮ СТОРОН СВЕТА. Простой пример: СПБ. Оступаться на Запад не придется, скорее всего. На Юг тоже без смысла. Вы будите уходить или на Север, в Карелию, или на Восток в Новгородскую, Тверскую, области. С Москвой, примерно, также, Север (архангельское направление) или Восток (уральский хребет).

Помните: НЕЛЬЗЯ приближаться к военным объектам! Мысль, что «свои русские солдатики», на базе в области, примут и накормят – это глупость. В ЛУЧШЕМ случае офицеры вас пошлют, им не до вас, это не пункт приема беженцев. А вот то, что могут начать бомбардировки объекта – объективная реальность. Так же не стоит забывать следующего момент: сейчас срочку проходят «рядом» с домом. Если начался «замес» лучше даже не представлять, что творится в голове у военных, родные и близкие, которых, могут еще оставаться в городе. Помните – все люди. Военные так же переживают, нервничают и психуют, как и все обычные люди. Но они делают это с оружием в руках. Так что идея, что «солдатики помогут» не самая хорошая.

Вообще, по уму, у вас должен быть «домик в деревне», в котором в подполе есть схрон тушенки, консервов, воды, медикаментов и т.д., куда вы и должны отступать. Чечены так и делали, уходили в деревни и села. Но мы исходим из самых плохих сценариев, так как многие такого недвижимого имущества не имеют.

Итак, мне проще на примере Петербурга. Сейчас по карте прикину. Так, на каждое направление у нас должно быть МИНИМУМ два места. Близко и далекое. Для близкого рекомендую использовать любой туристический кемпинг рядом с небольшим поселением. Если вы раньше были на природе у какого-нибудь озера или речки, например на шашлыках, то туда вполне можно идти. Во-первых, вы будите знать, что вам ждать. Будите понимать о наличии там питьевой воды и продовольствия. Во-вторых, вы знаете место. Это очень сильно поддержит вас психологически. Беженцы – это очень грустная картина, смотреть на них тяжело. Но «стадный» исход беженцев может быть никем не организован, и вы будите сваливать один и без конечной точки где «какой-нибудь» красный крест вас примет. Скорее всего, так и будет, даже не сомневайтесь.

Первые серьезные «благотворители» появились в Чечне уже после первой войны. Два года гражданские были предоставлены сами себе. Итак, у нас есть две точки рядом с городом. Теперь нам нужно две точки для «глубокого» отступления. Если отступать на Север, то я бы предложил Соловецкий монастырь (на острове в Белом Море). Там есть пос. Рабочеостровск, в нем есть паромная переправа. Разумеется, никакой паром ходить уже не будет, но на речном вокзале всегда можно «приватизировать» весельную лодку. Белое море относительно спокойное. Переплыть реально (сложно – но можно, поводов ныть у вас больше нет, так что гребем). На Востоке я бы отступал на Иверский монастырь в Твер.обл. Он тоже находится на небольшом островке посреди озера. Рядом есть пищевые склады и производства (по трассе М10).

Почему монастыри? Их не будут бомбить в первую очередь (это не значит, что на второй очереди список целей не изменится). Да, вот еще что: мысль про христианскую добродетель оставьте сразу. Вас там никто не ждет и рады вам не будут. Вы идете туда реально продаваться в рабство. Будите работать на них, по хозяйству, охранять или еще чего-нибудь – они будут вас подкармливать. Вы идете и говорите сразу: «Я сильный здоровый мужик, я буду делать любую работу для вас, за еду». Про морально нравственную ответственность попов перед мирянами – забудьте сразу, и лучше даже не открывайте рта по этому поводу.

Разумеется, все условно. Можно выбрать другое место. Но главное принцип: вашей собственности больше нет, вы вполне довольны, оказаться в полурабском положении, если вас будут кормить. Кстати отсутствие вашей собственности так же означает, что ее больше нет ни у кого. Любой, кто не может защитить свое имущество с оружием – имуществом не обладает. Это к разговору: как добыть автотранспорт.

Разумеется, никакого общественного транспорта уже не существует. Нам в плюс идет то, что теперь можно сесть в машину. Машину можно «приватизировать» или найти брошенной. Брошенную машину с пустым баком трогать не надо. ГСМ вы уже не достанете, и даже если будете ее толкать, то на заправке вам ничего не светит. Разживетесь машиной – обвешайте ее белыми тряпками, в идеале на крыше красным скотчем делаете «крестик» (это не панацея, бомбят и такой транспорт, но шансов, что забьют на вас больше).

Двигаться надо медленно! 50–60 км/ч. Сделано это по одной простой причине: на трассе могут идти ленточки с военными, если на них быстро ехать, какой-нибудь «Иван» точно стрельнет «на всякий случай». Любые гражданские, которые хотят вас остановить – не котируются – газуйте (они с вами не будут делиться, а вот вас «поделиться» попросят). Если ленточка или отдельная коробка – тормозите на обочине и высовываете, вверх, в окно или приоткрытую дверь, руки. Выходить из машины не надо (выйдете – появится желание прошмонать вас). Спокойно и без нервов сидите и про себя молитесь. «Прожигать» ребят взглядом – не советую, смотрите в пол или вперед.

Если все получилось, то у вас есть крыша над головой, работа, еда и люди, с которыми можно поговорить (это тоже важно). Теперь можно подождать недельку две, посмотреть что происходит, оценить ситуацию в стране и принимать дальше решение.

Сейчас немного цинизма. Если у вас собой обоз из семьи – вы покойник. Если у вас есть семья, то вы должны покинуть город и оказаться на даче (с запасами еды и воды) в первые же секунды, как только люди на улицах начали матюгаться про Великого Пу. Если вы не имеете позиций для отступления и имеете «обоз» – вы ходячая двухсотка, и обоз тоже. Не глупите, приготовьтесь заранее, близких КУДА-ТО НАДО ВЕЗТИ. И у них должно быть продовольствие. Потом делайте что хотите. Хотите – вернитесь и воюйте, хотите – вернитесь и по клубам пока жена «на картошке». Но главное подумайте о них заранее, потом будет поздно. Все что я до сего момента рассказывал – это все для «одиночек», которым нечего терять. Если есть семья – приготовьтесь заранее. Как показала история – семья дороже Родины, на первом этапе как минимум.
(Продолжение следует)


Каста благородных донов. О главной ошибке советского человекостроения
wildsvin
Каста благородных донов. О главной ошибке советского человекостроения

Rote Armee Fraktion. Часть 3
wildsvin

Чего они добивались

Существует расхожее мнение, что городские партизаны намеревались с помощью террористических актов совершить в ФРГ революцию. Это полная чепуха. Они вовсе не были такими идиотами, чтобы думать, будто с помощью убийства нескольких видных политиков или промышленников и взрывов зданий судов или американских казарм можно устроить революцию.

Read more...Collapse )

У германских партизан была совсем другая цель. Они собирались открыть "второй фронт" антиимпериалистической борьбы в капиталистических метрополиях - в поддержку борьбы в "третьем мире" (во Вьетнаме, Лаосе, Камбодже, Анголе, Мозамбике, Колумбии, Боливии, Западной Сахаре, Никарагуа и т.д., и т.д.). Рассуждали они так: страны "реального социализма" (СССР с союзниками) "дело борьбы с мировым империализмом" "предали", а страны "третьего мира" в одиночку с таким сильным врагом не справятся. Значит, надо открыть "второй фронт" в метрополиях. Для этого надо организовать в метрополиях партизанские движения. А чтобы возникли эти движения, надо раскрыть обществу глаза на антигуманный, тоталитарный характер капитализма, в случае ФРГ - на "скрыто фашистский характер германского государства".

Задачу "выманить фашизм наружу", продемонстрировать всем скрыто фашистский характер германского государства бойцы РАФ выполнили блестяще - ценой своих жизней. В ответ на действия РАФ западногерманское государство перешло к тактике массовых репрессий, к коллективной ответственности, а принцип "коллективной ответственности", как все знают - это фашистский принцип.

Десятки тысяч людей были задержаны по подозрению в "причастности" в ходе осуществления "чрезвычайных мер по борьбе с терроризмом". У задержанных, прежде чем их отпустить, брали отпечатки пальцев, пробу крови, волос, с них снимали полицейские фотографии, на них заводили досье. Многие после этого лишились работы - ни за что, просто потому, что были задержаны. "Расстрельные облавы" были не "полицейской истерией" - они были санкционированы сверху. Западногерманское государство просто не умело вести себя по-другому. Государство - это аппарат, аппарат - это люди, а люди были те же самые, что при Гитлере.

Это был конфликт поколений. Лидер "Движения 2 июня" Фриц Тойфель скажет на суде в ответ на вопрос "Кто ваш отец?": "Фашист, разумеется. Ведь он из вашего поколения".

Совсем все стало ясно, когда в ФРГ ввели "запреты на профессии" - "беруфсферботен". Фашист мог быть школьным учителем, левый - нет. Тех, кто не был согласен с государственными репрессиями, называли, как известно, "симпатизантами". Травили "симпатизантов" приблизительно, как у нас "космополитов" в конце 40-х или как травили в III Рейхе евреев в середине 30-х годов.

Число тех, кто согласился в РАФ и стал считать западногерманское государство "скрыто фашистским", стало быстро расти. Самый знаменитый журналист ФРГ Гюнтер Вальраф доказывал это своими репортажами-расследованиями. То же самое писал в последних своих романах Бёлль. В "Женщинах на фоне речного пейзажа" он даже выводит дочь банкира, которая уезжает к сандинистам, заявив: "Лучше умереть в Никарагуа, чем жить здесь".

В декабре 1978-го 4-тысячная демонстрация школьников в Бремене уже скандировала: "РАФ - права! Вы - фашисты! РАФ - права! Вы - фашисты!".

В октябре 1978-го в Баварии вступил в силу "закон о задачах полиции", который разрешал полицейским прицельную стрельбу по демонстрантам (даже детям), если полиция сочтет их "враждебными конституции". Автором законопроекта был министр внутренних дел Баварии Зайдль. О том, что Зайдль - нацист и военный преступник, написал выходивший в Мюнхене бюллетень "Демократическая информационная служба". На следующий же день - в соответствии с "законом о задачах полиции" - на редакцию бюллетеня по адресу Мартин-Грайф-штрассе, 3 был совершен полицейский налет. Два десятка автоматчиков - безо всякого ордера на обыск и санкции прокурора - выбив двери, ворвались в редакцию, поломали шкафы и столы и конфисковали материалы о Зайдле. Издатель бюллетеня Хейнц Якоби решил эмигрировать. В это время в Мюнхене учителя собирались проводить демонстрацию в защиту своего коллеги Герхарда Биттервольфа, которого выгнали с работы только за то, что он решил познакомить учеников с текстом Заключительного акта Хельсинкского Совещания. Но, узнав о налете на редакцию Якоби, учителя испугались и отменили демонстрацию. Руководитель акции Хайдрун Миллер билась в истерике и кричала своим более молодым коллегам: "Вы не помните, как это было при Гитлере, а я помню! Это все серьезно! Нас всех перестреляют!". Кто-то из молодых учителей выкрикнул в ответ: "Но сейчас - не время Гитлера! У нас - демократия!" "Вы дураки! - завопила в ответ фрау Миллер. - Ваши сумасшедшие террористы умнее вас! В Германии нет разницы между нацизмом и демократией!"

РАФ сознательно шла на обострение ситуации, поскольку была не согласна с теорией и тактикой "старых левых" (и, в частности, коммунистов) - и, вслед за Маркузе, считала рабочий класс "интегрированным в Систему" и утратившим революционную потенцию. Революционная инициатива перешла к "третьему миру". Кроме того, рафовцы остро переживали свою вину перед народами стран "третьего мира".

Именно в этом и проявилась повышенная отзывчивость рафовцев. Сидеть сложа руки и знать, что во Вьетнаме и Колумбии под ковровыми бомбардировками и напалмом гибнут сотни тысяч человек - они не могли. Они знали, что концерны ФРГ получают безумные прибыли от сверхэксплуатации дешевой рабочей силы в странах "третьего мира", что на базах НАТО в ФРГ готовятся "коммандос" для антипартзанских действий во Вьетнаме и Латинской Америке, что западногерманские заводы выпускают бомбы, которые затем падают на деревни в джунглях, что в ФРГ стоят компьютеры, управляющие бомбометаниями во Вьетнаме. Через стадии мирных демонстраций протеста рафовцы давно прошли - и разочаровались в них.

Правительство на протесты не реагировало. А если реагировало - то дубинками и последующими судами над демонстрантами. "Ну конечно, - иронизировала Ульрика Майнхоф, - преступление - не напалмовые бомбы, сброшенные на женщин, детей и стариков, а протест против этого. Не уничтожение посевов, что для миллионов означает голодную смерть, - а протест против этого. Не разрушение электростанций, лепрозориев, школ, плотин - а протест против этого. Преступны не террор и пытки, применяемые частями специального назначения, - а протест против этого. Недемократично не подавление свободного волеизъявления в Южном Вьетнаме, запрещение газет, преследование буддистов - а протест против этого в "свободной" стране. Считается дурным тоном целить в политиков пакетами с пудинговым порошком и творогом, а не официально принимать тех политиков, по чьей вине стираются с лица земли целые деревни и ведутся бомбардировки городов. Считается дурным тоном проведение на вокзалах и на оживленных перекрестках публичных дискуссий об угнетении вьетнамского народа, а вовсе не колонизация целого народа под знаком антикоммунизма".

Андреас Баадер, Гудрун Энслин, Торвальд Проль и Хуберт Зёнляйн затем и подожгли универсам во Франкфурте-на-Майне (это была их самая первая акция), чтобы напомнить "жирным свиньям" о войне, нищете и страданиях народов "третьего мира" и, в первую очередь, о войне во Вьетнаме. "Мы зажгли факел в честь Вьетнама!" - заявили они на суде.

Когда позже "Бомми" Баумана спросят, что привело его к герилье, он ответит: "Массовые убийства мирного населения в Южном Вьетнаме, убийство Бенно Онезорга, убийство Че Гевары в Боливии, убийства "Черных пантер" в Америке. Выбора не было. Вернее, выбор был таким: либо без конца оплакивать погибших, либо брать в руки оружие - и мстить". РАФ вспомнила о призыве Че Гевары "создать два, три, много Вьетнамов!" и заявила: "без вооруженной борьбы пролетарский интернационализм - лицемерие".

"Мы ощущали себя не немцами, мы ощущали себя "пятой колонной" народов "третьего мира" в метрополии", - скажет позднее Хорст Малер. И Биргит Хогефельд подтвердит на суде: "Народы "третьего мира" были нам ближе, чем немецкое общество".

BMW - автомобиль, настолько часто похищавшийся бойцами РАФ, что саму аббревиатуру стали расшифровывать как 'Машина Баадер - Майнхоф' РАФ мыслила открыть "второй фронт" всерьез - то есть перейти к широкомасштабной герилье, к революционной партизанской войне, к революционной гражданской войне, которая "оттянула бы на себя силы международного империализма".

И вот тут у РАФ ничего не получилось. Почему?

Сегодня уже можно уверенно сказать, почему. РАФ рассчитывала, что как только большому числу людей в ФРГ (левым, в первую очередь) станет ясно, что они живут в фашистском по сути государстве, - они начнут бороться с фашизмом всеми доступными способами. РАФ полагала, что второй раз немцы не дадут себя безропотно подавлять фашистскому государству, а значит - возникнет Движение Сопротивления. Все оказалось не так. Когда те немцы, на которых РАФ рассчитывала (то есть левые, антифашисты), поняли, что ФРГ - это фашистское государство, просто фашизм этот - дремлющий, они испугались. Оказывается, латентно фашистским было не только государство, но и общество. Об этом с горечью скажет в 1994 году на своем процессе Биргит Хогефельд. Даже те, кто называл себя "левыми", лишь в незначительном числе переходили к Сопротивлению

В основном эти "левые" пугались того, что им открылось, пугались тени фашизма - и трусливо отступали, кляня сплошь и рядом РАФовцев за то, что те "провоцируют государство на подавление демократии". В этом, например, обвинила в открытом письме свою приемную дочь Ульрику Майнхоф Рената Римек - и после убийства Ульрики так перетрусила, что ни сама не пришла на похороны, ни детей Ульрики на них не пустила.

У некоторых левых страх и совесть вступали в тяжелый конфликт. Муж Гудрун Энслин, известный левый литератор и издатель Бернвард Веспер написал об этом целую книгу - "Путешествие". В книге он пишет о том, как он ненавидит западногерманское общество сытых обывателей, благополучие которого зиждется на голоде и нищете в странах "третьего мира", как он ненавидит духовное убожество этого общества, ориентированного на потребление, на накопительство. Он ненавидит общество стандартизации и мелочного классового угнетения на заводах ФРГ, где "не только подсчитывают, сколько минут ты провел в туалете, но и сколько листков туалетной бумаги ты использовал!". Он ненавидит "общество доносчиков", где, как во времена Гитлера, агентами БНД (как когда-то гестапо) инфильтрованы все слои (Веспер знал, что писал: именно так был арестованы сразу после поджога универсама его жена и трое ее товарищей - они заночевали у местной активистки SDS, а ее парень - тоже активист SDS! - оказался стукачом). Веспер много напишет о своей ненависти к отцу. Папаша у него и впрямь был примечательный - Вилли Веспер, в 20-е годы - известный оппозиционный поэт, а затем - крупнейший партийный поэт НСДАП. Веспер понимал, что другого пути, кроме герильи, у него нет. Но - боялся. Так он и разрывался на части, пока в 1971 году не покончил с собой...

Оказалось, что "выманить фашизм" наружу, "вызвать огонь на себя" гораздо легче, чем поднять на борьбу людей, которые не хотят и боятся такой борьбы. Впрочем, обвинять рафовцев в том, что они ошиблись, - нелепо. Нельзя было выяснить истинный характер германского общества, не поставив эксперимент.

Отрицательный результат, как известно - тоже результат.


Rote Armee Fraktion. Часть 2
wildsvin

Как становятся террористами

Бульварные издания, которые так любят пугать обывателя чем-нибудь кровавым и патологическим, щекочущим нервы, привыкли рассказывать, что в террористы идут в основном всякие психи, садисты, авантюристы, неудачники и прочие асоциальные элементы.

В отношении западногерманских городских партизан точно известно, что это не так. До того, как взяться за оружие, они были принципиальными противниками насилия, пацифистами, мягкими, добрыми, отзывчивыми людьми, мечтавшими (и пытавшимися) помогать другим людям.

Read more...Collapse )

Вильфред Бёзе Гудрун Энслин училась на педагога, на каникулах бесплатно работала в детских приютах; Вильфреда Бёзе, погибшего в аэропорту Энтеббе, школьные друзья дразнили "пацифистом"; один из лидеров "Движения 2 июня" Ральф Рейндерс имел репутацию человека, "с детства ненавидевшего все формы войны и насилия"; Ульрика Майнхоф, воспитывавшаяся с раннего детства теткой, известным теологом и детским педагогом Ренатой Римек, в юности собиралась стать монахиней. Бригитта Кульман, педагог по профессии, посвящала все свободное время уходу за больными. Андреас Баадер создал приют для беспризорных детей - и одной из причин его ухода в партизаны было то, что сытое равнодушное общество бундесбюргеров отталкивало от себя выхоженных им детей: общество вынуждало их либо воровать, либо идти на панель. Вся группа, захватившая посольство в Стокгольме, целиком вышла из "Социалистического коллектива пациентов". Эта организация оказывала помощь психически больным людям и невротикам, критиковала традиционную психиатрию как "репрессивную" и издавала "социалистический антипсихиатрический" журнал "Patienten-info". В 1971 году "традиционные" психиатры из Гейдельберга написали донос в БНД. В доносе было сказано, что руководители "Социалистического коллектива пациентов" доктора Вольфганг и Урсула Губер "под видом психиатрической помощи" якобы обучают больных карате, дзюдо, методикам контрпропаганды, изготовлению фальшивых документов и обращению с оружием и взрывчаткой. А также ведут "антигосударственную пропаганду", преподавая пациентам основы психологии, социологии, диалектики, сексологии, теологии и истории классовой борьбы. БНД разгромила "Коллектив", арестовала Губеров, а больных, которых пользовал доктор Губер, принудительно поместили в психиатрическую клинику, где вскоре двое покончили с собой, двое умерли в результате "лечения" (электрошок, инсулинотерапия), один погиб, "упав с лестницы", а остальных, поскольку они полемизировали с врачами, объявили "неизлечимыми" и засунули в буйное отделение. Чего же удивляться, что оставшиеся на свободе последователи д-ра Губера создали полуподпольный "Информцентр Красного Народного Университета", а затем и вовсе влились в ряды партизан "Движения 2 июня".

Биргит Хогефельд - лидер предпоследнего, четвертого поколения РАФ - сказала на суде: "Вначале я бралась за самые разные дела и входила в самые разные движения: работала в центре социальной помощи, который занимался преимущественно турецкими подростками, агитировала за создание самоуправляемых молодежных центров, выступала за бльшую самостоятельность школ, принимала участие в борьбе за снижение цен на транспорте и, наконец, в демонстрациях против войны во Вьетнаме и палаческого режима в Испании. Характер моей многосторонней активности резко изменился после убийства Хольгера Майнса... В детстве мне хотелось стать музыкантом или органным мастером, но незадолго до выпускных экзаменов я - не без внутренней борьбы - приняла решение поступить на юридический факультет, чтобы иметь возможность улучшить положение политических заключенных и попытаться предотвратить дальнейшие убийства".





Руди Дучке на конференции СДС во Франкфурте-на-Майне 5 сентября 1967 г.


Памятник на могиле Руди Дучке "Пули, ударившие в Руди Дучке, покончили с нашими мечтами о мире и ненасилии", - призналась "сама" Ульрика Майнхоф. Руди Дучке - теоретик немецких "новых левых", лидер крупнейшей в стране студенческой организации Социалистический союз немецких студентов (SDS), был тяжело ранен в голову в апреле 1968 года неонацистом Йозефом Бахманом. Дучке был объектом совершенно безумной травли со стороны газетного концентра Шпрингера. Пресса Шпрингера постоянно напоминала о еврейском происхождении Дучке и с удовольствием публиковала фото его выступления на митинге, когда и без того похожий на шаржированного цыгана Дучке разевал в крике свой огромный рот и действительно становился несколько демонообразным. "Страшнее Маркса, растленнее Фрёйда", - гласила подпись в "Бильд-цайтунг". Подпись под той же фотографией в "Бильд ам Зонтаг" была еще откровеннее: "Образчик восточной красоты. Потомок "мавра" Маркса и "казака" Троцкого". На первых полосах шпригнеровских газет печатались призывы к "честным немцам" "остановить" Дучке. Хирурги чудом спасли жизнь Руди, но он остался инвалидом, страдавшим от чудовищных головных болей, периодических обмороков, потери зрения, приступов эпилепсии и паралича. Но даже и этого инвалида шпригнеровская пресса продолжала дико травить. Дучке вынужден был эмигрировать в Лондон. Так, в эмиграции он и умер - во время очередного приступа болезни утонул в 1979 году в ванне. Именно в ответ на выстрел Бахмана взорвал бомбу в здании концерна Шпрингера будущий теоретик РАФ Хорст Малер.

Горит здание концерна Шпрингера, подожжённое бомбой Хорста Малера Многие из будущих боевиков начинали свою деятельность в молодежных антифашистских организациях. Сначала будущие городские партизаны пытались добиться наказания фашистов и отстранения от должностей гитлеровских палачей. В 50-е - 60-е годы в ФРГ у штурвала власти - в политике, в бизнесе, в СМИ - почти поголовно стояли люди с нацистским прошлым, политическим, управленческим и хозяйственным опытом, приобретенным при Гитлере. В годы "холодной войны" в ФРГ "закрыли глаза" на прошлое этих людей - якобы "других кадров не было".

Тогда, в 60-е, наивные студенты пытались "разоблачать". Они думали, что достаточно опубликовать имена военных преступников - и тех накажут. Они составили и опубликовали огромное количество списков военных преступников: мелким убористым шрифтом, страница за страницей, разбитые по графам: имена, должности в III рейхе, доказанные военные преступления, должности сейчас. Тысячи, десятки тысяч имен. Высокопоставленные чиновники, богатые бизнесмены, на худой конец - заслуженные пенсионеры. Аналогичные списки - по тем, чьи процессы состоялись, но суды вынесли им символические наказания. Наивные студенты спрашивали: "Почему? Разве так должно быть?". Они верили в силу гласности и в то, что ФРГ - демократическое государство. А это государство просто игнорировало их разоблачения.

"Денацификация" официально кончилась в ФРГ 1 января 1964 г. За это время к ответственности было привлечено 12 457 военных преступников, причем осуждено лишь 6329 человек. Военные преступления не имеют срока давности - и до января 1980 г. в ФРГ суды рассмотрели 86 498 дел военных преступников. К тюремному заключению приговорено 6446 человек. Но тюремное заключение - понятие растяжимое. Комендант Дахау Михаэль Липперт получил всего лишь 18 месяцев тюрьмы. Генерал СС Зепп Дитрих, знаменитый убийца и садист, прославившийся тем, что лично застрелил Эрнста Рёма, получил тоже лишь 18 месяцев! Группенфюрер СС Карл Оберг и его ближайший помощник Гельмут Кнохен, руководившие фашистским террором во Франции, получили от французского суда смертный приговор, но были выданы германской стороне - и тут же освобождены. Иоганн Кремер, врач-палач из Освенцима, был приговорен польским судом к смертной казни. Власти ФРГ добились его выдачи и освободили. "Палач Дании" Вернер Бест, лично виновный в убийстве минимум 8 тысяч человек, вообще не был осужден и прекрасно жил, занимая высокооплачиваемую должность юристконсульта в концерне Стиннеса (суд над ним откладывался из года в год по причине "слабого здоровья"; со "слабым здоровьем" Бест дожил до 1983 г., когда дело против него было окончательно прекращено - "ввиду преклонного возраста"). Нацистские судьи, выносившие смертные приговоры антифашистам, десятками отправлявшие на виселицы "паникеров" в последние месяцы войны, не понесли никакого наказания - никто, "ни один-единственный", как с горечью писал известный немецкий драматург Рольф Хоххут.

Немецкие левые собрали к началу 70-х гг. доказательства вины 364 тысяч военных преступников. По их подсчетам, 85% чиновников МИД ФРГ должны были сидеть не в своих кабинетах, а в тюрьме. Из 1200 палачей Бабьего Яра, чья вина была документально установлена, перед судом предстали 12: один был повешен в Нюрнберге оккупационными властями, еще 11 судили в 1967 г. - уже германские власти - и все они отделались символическими наказаниями.

С точки зрения студентов-антифашистов, в ФРГ проходила не "денацификация", а "ренацификация". В 1955 г. парламентская комиссия во главе с Ойгеном Герстенмайером, председателем бундестага и личным другом небезызвестного Отто Скорцени, приняла решение, которое открывало доступ в бундесвер всем бывшим "фюрерам СС" вплоть до оберштурмбанфюрера, причем каждому из них сохранялся прежний чин. Был принят "Закон об изменении ст. 131" конституции ФРГ, в соответствии с которым все бывшие нацистские чиновники и профессиональные военные подлежали восстановлению в своем прежнем положении, а если это невозможно - государство должно выплачивать им пенсии. В 1961 г. к закону было принято "дополнение № 3", которое распространяло действие закона на эсесовцев - членов организации, официально признанной в Нюрнберге преступной. Промышленники, чье соучастие в преступлениях против человечества было доказано, процветали - начиная с концерна Флика и кончая фирмой Дёгусса, занимавшейся при нацизме переплавкой золотых коронок умерщвленных в Треблинке в слитки. Нацистские военные преступники дорастали до министерских постов - как это было, например, с Теодором Оберлендером, командиром спецбатальона "Нахтигаль", который прославился массовым истреблением мирных жителей на Украине, - и даже до поста федерального канцлера, как это было с Георгом Кизингером, одним из разработчиков доктрины антисемитской пропаганды при Гитлере.

Стоит ли удивляться, что часть молодежи вскоре пришла к выводу, что она живет в фашистском государстве, просто этот фашизм - "скрытый", "дремлющий". Что он замаскировался, затаился, но не перестал от этого быть фашизмом. А раз это фашизм - то с ним и надо бороться как с фашизмом. То есть с оружием в руках. Одним из активных пропагандистов этой точки зрения был Хорст Малер. Он так и писал: "Мы должны выманить фашизм наружу". Другим был Михаэль "Бомми" Бауман, в будущем знаменитый боевик, порвавший с РАФ сразу, как только ему показалось, что проарабская позиция РАФ может перерасти в антисемитизм.

Даже выбор жертвы для самой известной акции РАФ - похищения и затем (после убийства в тюрьме лидеров РАФ) казни президента Объединения германских промышленников Ганса-Мартина Шлейера был произведен "с учетом личности" последнего. Шлейер родился в 1915 г. в семье председателя земельного суда. В 1931 г. он вступил в Гитлерюгенд, а вскоре - и в НСДАП. В партии рвение Шлейера было замечено, и он был рекомендован в СС (эсесовский номер 227014). Изучая право в Гейдельберге, Шлейер был руководителем университетской Имперской национал-социалистической студенческой организации. В 37-м он написал донос на ректора университета доктора Меца и отправил престарелого профессора в концлагерь. В 39-м Шлейер стал имперским инспектором Инсбрукского университета в Австрии и занялся его "чисткой". Следующим был Пражский университет. В 1941 г. Шлейер становится руководителем канцелярии президиума Центрального союза промышленности протектората Богемия и Моравия. На этом посту он руководит разграблением национальных богатств Чехословакии, использованием политзаключенных и военнопленных на военных заводах "протектората", строительством "секретных объектов" и последующей "утилизацией" (то есть уничтожением) заключенных и военнопленных. В Чехословакии после войны Шлейера приговаривают к смерти за военные преступления и требуют от ФРГ его выдачи. Но получают отказ: Шлейер "слишком ценный кадр" для экономики ФРГ. "Ценный кадр" становится видной фигурой в ХДС, членом наблюдательных советов в ряде корпораций, членом правления "Даймлер-Бенц" и, наконец - председателем Федерального союза немецких работодателем (БДА) и Федерального объединения германских промышленников (БДИ). Выбрав Шлейера из нескольких десятков равных по рангу "классовых врагов", РАФ исходила еще и из того, что " этого точно убить не жалко".

Г.-М.Шлейер в плену у РАФ Многие из будущих партизан начинали в антивоенном движении - в антиядерном движении, а затем в движении против Вьетнамской войны. "Сама" Ульрика Майнхоф была активисткой вполне пацифистской и даже религиозной организации "Движение против ядерной смерти". Но участников антиядерного движения травили как "подкупленных Советами" и совершенно официально ставили на учет в качестве "подрывных элементов". Член РАФ Вольфганг Беер, погибший в 1980 г. в автокатастрофе, говорил так: "Если с тобой "беседуют" в БВФ (Ведомство по охране конституции - по сути политическая полиция. - А.Т.) потому, что ты выступаешь против ядерных испытаний, если тебя постоянно оскорбляют бывшие фашисты и называют "коммунистом" за то, что ты стоишь в антиядерном пикете, если пастор на твой вопрос "почему это?" отвечает шепотом и озираясь по сторонам: "Я тебе этого не говорил, но коммунисты тоже против ядерной бомбы", - начинаешь думать: почему бы и в самом деле не стать коммунистом, раз уж и так тебя все им считают". Дальше всё просто: если приверженца протестантского пацифизма считали "отклонением", но еще не "врагом", то коммунист уже рассматривался западногерманским обществом как абсолютный враг. Общество с этим врагом боролось (КПГ была запрещена в западной Германии в 1956 г., а созданная в 1968-м микроскопическая легальная ГКП имела программу, из которой были тщательно вычеркнуты все опасные слова - "революция", "диктатура пролетариата" и т.п.). И уж если кто решался стать "врагом общества" (то есть коммунистом) - ему до вооруженной борьбы оставался один шаг. Так западногерманское общество само создавало себе врагов.

Похожим образом обстояло дело и с теми, кто выступал против войны во Вьетнаме. Участница антивоенных демонстраций Б. Хогефельд вспоминала: "В лучшем случае прохожие кричали нам: "Если вам здесь не нравится - убирайтесь в ГДР!" Но нередко мы слышали и другое: "Таких, как вы, при Гитлере мигом отправили бы в печь!" И это были вовсе не отдельные голоса: вокруг таких людей почти всегда собиралось множество их сторонников, и реплики противоположного свойства встречались как исключение. Для молодежи, радикально отвергающей жизнь, предписанную и навязанную ей другими, ищущей новых ориентиров, желающей жить в обществе, в центре которого - человек и его нужды, а не деньги, потребление, карьера и конкуренция, - для такой молодежи места в стране не было...Репрессии и запугивания середины 70-х не прошли для нас бесследно. Наши взгляды стали меняться: на первый план в отношениях с государством начало выдвигаться сопротивление".

Таким образом, круг замкнулся. И антифашисты, и пацифисты приходили к одному и тому же выводу: выводу о существовании в ФРГ "скрытого, дремлющего фашизма". Упомянутый Б. Хогефельд Бенно Онезорг был знаковой фигурой для протестующей молодежи ФРГ. 23-летний студент-теолог из Ганновера, он был преднамеренно, выстрелом в спину застрелен полицейским при разгоне студенческой демонстрации протеста против визита в ФРГ иранского шаха. Это случилось 2 июня 1967 г. в Западном Берлине. Западноберлинское "Движение 2 июня", похитившее Петера Лоренца, было названо так именно в память об Онезорге.

Онезорг попал на демонстрацию случайно, да и демонстрация-то вовсе не была левацкой, большинство демонстрантов были молодыми социал-демократами. Просто незадолго до визита в германской прессе были опубликованы статьи о пытках, которым подвергают политзаключенных в тюрьмах шахской охранки САВАК. В САВАК пытали вообще всех арестованных - такого, чтобы кого-то не пытали, не бывало. И пытки были по-восточному изощренными: не только избиения и электроток, но и, например, поджаривание на решетке над огнем. Демонстранты рассматривали шахский режим как фашистский, а помощь шаху - как помощь фашизму. Так думал и Онезорг, присоединившийся к демонстрации. У него осталась беременная жена.

Онезорг стал символом не из-за своей фотогеничной - один в один Иисус Христос - внешности, а именно потому, что он не был политическим активистом, леваком, врагом Системы. Он был всего лишь одним из поколения, одним из молодых. Этого было достаточно, чтобы его убить. Именно это и сказала Гудрун Энслин (до того известная своим пацифизмом) на стихийном митинге памяти Бенно, собравшемся в ночь на 3 июня на Курфюрстендамм: "Это - фашистское государство, готовое убить нас всех. Это - поколение, создавшее Освенцим, с ним бессмысленно дискутировать!" Едва ли собравшихся так поразили бы знаменитые, много раз с тех пор цитировавшиеся слова Энслин, если бы Гудрун не сказала вслух то, что они и сами думали.

Еще легче было прийти к такому выводу тем, кто начинал в "Комитетах против пыток", подвергался преследованиям за "защиту террористов" - и, в результате, сам уходил в подполье (это путь многих во втором, третьем и четвертом поколениях РАФ).

Слово "пытки" здесь не было преувеличением. Для городских партизан был изобретен особый режим содержания: так называемая система "мертвых коридоров". При этой системе каждого заключенного содержали в звуконепроницаемых одиночных камерах, выкрашенных в белый цвет и лишенных всех "лишних" вещей (свет, естественно, не выключался и ночью). На каждом этаже содержался только один заключенный - на много камер вокруг не было ни души. Власти следили и за тем, чтобы не было заключенных сверху и снизу заселенной камеры. Время от времени режим ужесточался: запрещались встречи с адвокатом и доступ к какой бы то ни было информации (например, запрещалось читать газеты). У заключенных развивался острый сенсорный голод и начинались патологические изменения в психике. Ульрика Майнхоф так описывает реакцию заключенного на систему "мертвых коридоров": "Впечатление такое, что помещение едет. Просыпаешься, открываешь глаза - и чувствуешь, как стены едут... С этим ощущением невозможно бороться, невозможно понять, отчего тебя все время трясет - от жары или от холода. Для того, чтобы сказать что-то голосом нормальной громкости, приходится кричать. Все равно получается что-то вроде ворчания - полное впечатление, что ты глохнешь. Произношением шипящих становится непереносимым. Охранники, посетители, прогулочные дворики - всё это видишь, как сквозь полиэтиленовую пленку. Головная боль, тошнота. При письме - две строчки, по написании второй уже не помнишь, что было в первой. Нарастающая агрессивность, для которой нет выхода... Ясное сознание того, что у тебя нет ни малейшего шанса выжить, и невозможно ни с кем этим поделиться - при посещении (адвоката. - А.Т.) ты не можешь ничего толком сказать. Через полчаса после ухода посетителя ты уже не уверен, было этого сегодня или неделю назад. Чувствуешь себя так, словно с тебя сняли кожу..."

Хольгер Майнс, умерший в тюрьме в результате голодовки протеста В январе 1973 г. политзаключенные-партизаны начали всеобщую сухую голодовку протеста, требуя отмены системы "мертвых коридоров" для Ульрики Майнхоф и Астрид Проль, здоровье которых было особенно подорвано. Власти отступили. Майнхоф перевели в обычную одиночку, Астрид Проль суд вообще признал недееспособной и освободил из тюрьмы. Список заболеваний, развившихся у Проль в "мертвых коридорах", занимал 2 страницы! Она потеряла 80% слуха, 60% зрения, 40% массы тела, заработала гипертоническую болезнь, сердечную аритмию, болезни вестибулярного аппарата, желудочно-кишечного тракта, печени, суставов, кожи, афазию, абазию, анорексию, аменоррею. Когда друзья увидели Проль - они испугались. "Такое я видела только в Заксенхаузене", - сказала одна из членов "Комитета против пыток". В нормальных условиях А. Проль смогла быстро восстановить здоровье - и, когда почувствовала себя в силах, снова ушла в подполье.

Астрид Проль Руководитель "Хольгер Майнс Коммандо" Зигфрид Хауснер был тяжело ранен при штурме посольства ФРГ в Стокгольме спецподразделениями полиции. Шведские врачи выступили со специальным заявлением о нетранспортабельности Хауснера и сняли с себя всякую ответственность за его жизнь в случае, если его вывезут в ФРГ. Но Хауснера увозят в ФРГ - причем помещают не в больницу, а в тюрьму "Штамхайм". Он умирает. Через месяц на начавшемся суде над членами РАФ Баадер зачитывает совместное заявление заключенных, в котором содержится требование провести медицинское освидетельствование 6 подсудимых в связи с тем, что они находятся фактически на грани смерти. Баадера перебивают 17 раз. Просьбу заключенных суд отклоняет. Подсудимые в знак протеста отказываются сотрудничать с судом. Их удаляют и продолжают процесс в их отсутствие. Защитники протестуют. Тогда их отстраняют от дела, сочтя, что в отсутствие подсудимых достаточно и одного адвоката. После 85-го протеста и этот последний покидает зал заседаний. Суд продолжается фактически в закрытом режиме, но тут умирает Катарина Хаммершмидт - одна из тех 6 заключенных, чьего освидетельствования требовали рафовцы. Остальные пятеро тяжелобольных заключенных окажутся на свободе только благодаря "Движению 2 июня": именно на них будет обменен похищенный Петер Лоренц.Члену РАФ Берндту Рернеру в 1992 г. было отказано в лечении во время серьезной болезни. Али Янсену было отказано в переводе в тюремный госпиталь из камеры, где его убивала астма. В 1981 г. все заключенные - члены РАФ начали голодовку протеста, требуя ликвидации "мертвых коридоров" и перевода рафовцев в общие камеры. Власти молчали. И только когда в результате голодовки умер член РАФ Сигурд Дебус, остальные догадались, что власти как раз и рассчитывают, что рафовцы сами заморят себя до смерти, - и прекратили голодовку...

Наконец, были такие, кто ушел в подполье в результате "расстрельных облав". "Расстрельными облавами" были названы полицейские операции по "выявлению и борьбе с террористами". Меньше всего от них пострадали сами террористы. Бойцов РАФ, погибших в результате "расстрельных облав", можно буквально пересчитать по пальцам одной руки. А ведь только в 1971-1978 гг. в таких облавах погибло более 140 человек - мирных граждан, чем-то не понравившихся полиции. Одни из застреленных "недостаточно быстро подняли руки вверх", другие "подозрительно оглядывались по сторонам". Были и такие, кто "подозрительно держал руки в карманах" или просто "подозрительно выглядел". Раз за разом суды оправдывали полицейских-убийц.

Вот один пример: "Мы шли мимо "Кауфхофа" (крупнейший универмаг в Кёльне. - А.Т.) - мы впереди, а Клаус тащился сзади: у него болел зуб и он держался за щеку. Вдруг мы услышали очередь и крик. Мы обернулись - Клаус уже лежал и одежда у него была в крови. К нему бежали полицейские с автоматами. Мы закричали: "Что вы наделали! Он ни в чем не виноват!" Полицейский закричал в ответ: "Он террорист! Он закрывал лицо рукой!" "Посмотрите на меня, какой же я террорист?!" - выкрикнул Клаус. Он хотел обратить их внимание на свои толстые очки - у него была сильнейшая близорукость. "А по-моему, ты типичный террорист", - ухмыльнулся полицейский и выстрелил в него еще раз, в упор".

Пять лет друзья и родственники Клауса ходили по судам, добиваясь справедливости. Вместо справедливости они получили одни неприятности: подозрение в "симпатизанстве", слежку, обыски - и, как следствие, увольнение с работы и инфаркты. Спустя пять лет одни смирились, а другие... исчезли. Власти сразу сообразили, что к чему, - и обеспечили дополнительную охрану всем причастным к делу: начиная от полицейских-убийц и кончая оправдывавшими их судьями. Дополнительная охрана, впрочем, не всем помогла: 10 октября 1986 г. в Бонне был убит директор Департамента полиции Герольд фон Браунметль..
Продолжение следует.


Rote Armee Fraktion. Часть 1
wildsvin

ВЬЕТНАМ БЛИЗКО, ИЛИ ПАРТИЗАНСКАЯ ВОЙНА НА БЕРЕГАХ РЕЙНА




Об этих людях написаны десятки книг и тысячи статей, сняты фильмы - художественные и документальные. Каждый заметный представитель левого вооруженного подполья в ФРГ удостоен по меньшей мере одной литературной биографии, а о некоторых - таких, как Ульрика Майнхоф, Андреас Баадер, Гудрун Энслин, - написано уже до полудюжины биографических книг. И в этих статьях и книгах часто один миф громоздится на другой, одна легенда борется с другой легендой. А ведь эти люди не были ни самыми удачливым, ни самыми мощным, ни даже самым толковым левым вооруженным подпольем после II Мировой войны - не только в мире, но даже в Западной Европе. Видимо, было в этих людях что-то, что заставило их друзей и врагов создавать о них легенды.

Read more...Collapse )





Андреас Берндт Баадер



Ульрика Мария Майнхоф



Гудрун Энслин


Городские партизаны в ФРГ: мифы и легенды

Мифы начинаются с названия. В западной прессе (да и у нас) западногерманских городских партизан именуют сплошь и рядом "бандой Баадера-Майнхоф". (Наши молодые журналисты - из числа тех, кто окончил журфак в последние годы и уже успел прославиться своей феноменальной неграмотностью - даже несколько раз писали так: "банда Баадера-Мейнхофа"! Если дело так пойдет и дальше, то молодая поросль нашей журналистики скоро будет писать "Троицкий" вместо "Троцкий" и "Сидора Дункана" вместо "Айседоры Дункан".) На самом деле организация называлась РАФ - "Фракция Красной Армии" ("Роте Армее Фракцион"). Такого целенаправленного замалчивания названия не было больше нигде: никто никогда не называл "Красные бригады" "бандой Курчо-Кагол" или, скажем, французскую "Аксьон директ" "бандой Руйона-Метигон". Только РАФ приклеили ярлык "банды". Впечатление такое, что именно РАФ почему-то особенно боялись и ненавидели ее враги.

Эмблема РАФ Второй миф - это миф о том, что все западногерманские левые террористы были членами РАФ. На самом деле было несколько организаций. РАФ не была первой, а были времена - не была и самой крупной. "Тупамарос Западного Берлина" возникли и начали действовать раньше РАФ; был момент, когда "Движение 2 июня" было крупнее РАФ, но акции "Движения", включая знаменитое похищение председателя ХДС Западного Берлина Петера Лоренца в 1975-м, неизменно приписывались рафовцам. Кроме тех групп, что уже названы, в ФРГ и Западном Берлине с конца 60-х действовали подпольные вооруженные организации "Южный фронт действия" (известный также как "Мюнхенские коммунары"), "Революционные ячейки", "Красная Армия Рура", "Антиимпериалистические ячейки сопротивления", "Класс против класса" и ряд более мелких. Но кому-то так хочется всех загнать в "банду Баадера-Майнхоф"...

Еще одна распространеннейшая легенда (совсем недавно я опять читал это в одном нашем молодежном журнале) гласит, что западногерманские городские партизаны были типичной "золотой молодежью", детьми миллионеров, которые "с жиру бесились". На самом деле они были представителями всех социальных слоев, но в основном - детьми "среднего класса", возненавидевшими "средний класс". Дети богачей были исключением - как была исключением в "Народной воле" Софья Перовская, дочь генерал-губернатора. Не происхождение и не толщина кошелька отличала бойцов РАФ от простых бундесбюргеров, а высокая степень альтруизма, повышенная отзывчивость, способность воспринимать горе далекого Вьетнама как свое собственное. Из четырех бойцов, захвативших в 1975-м посольство ФРГ в Стокгольме, один действительно был сыном миллионера, а знаменитый Ян-Карл Распе действительно происходил из семьи крупного фабриканта. Но... Но оба давно порвали со своими родителями, а Распе и вовсе был перебежчиком из ГДР, где его папа-фабрикант давным-давно лишился своих фабрик.

Хорст Малер В конце 70-х специальная группа, собранная правительством из социологов, психологов, психиатров, политологов и криминалистов, занялась изучением биографий 40 наиболее известных западногерманских городских партизан. Оказалось, что 70% из них - выходцы из обеспеченных слоев ("middle class", "high middle class" или даже "high class"), причем из высокообразованных семей. Две трети из этих сорока имели высшее гуманитарное образование. Позже еще одна группа обрабатывала данные на 100 известных бойцов городской герильи. Оказалось, 20% из них - рабочие. Попутно выяснились совсем другие вещи, гораздо более удивительные и неожиданные. Андреас Баадер оказался потомком Франца Ксавера Баадера - выдающегося мюнхенского философа-идеалиста первой половины XIX века; Гудрун Энслин - потомком "самого" Гегеля; Ульрика Майнхоф - потомком великого поэта-романтика Фридриха Гёльдерлина; Ян-Карл Распе - потомком знаменитого писателя Рудольфа Эриха Распе, создателя "Мюнхгаузена"; Хорст Малер - родственником великого композитора Густава Малера.

Еще одна распространеннейшая легенда гласит, что городская герилья в ФРГ направлялась из ГДР, и рафовцами руководило восточногерманское МГБ ("штази"). У нас эту сказку навязывают даже школьникам-старшеклассникам - в учебнике новейшей истории А. Кредера. Однако на суде над руководителем "штази" Эрихом Мильке выяснилось, что "штази" всего лишь укрыла на территории ГДР около десятка западногерманских боевиков - в обмен на отказ от вооруженной борьбы. Эти люди получили новые имена, новые документы и зажили в ГДР жизнью простых обывателей. Когда ГДР была присоединена к ФРГ, именно эти люди (единственные из всех западногерманских партизан) стали давать показания на своих бывших товарищей и даже просто на сочувствовавших подполью (хотя зачастую речь шла о событиях 30-летней давности). Многие в результате оказались за решеткой или под следствием (дело доходит до курьезов: например, сейчас ведется следствие в отношении министра иностранных дел ФРГ Йошки Фишера - по подозрению в предоставлении в 1976 г. укрытия, транспорта и оружия известному левому террористу Хансу Иоахиму Кляйну). В реальности рафовцы очень не любили ГДР (и СССР), отказывались признавать "реальный социализм" социализмом, критиковали страны Восточного блока за "сохранение эксплуатации и отчуждения" и "предательство интересов мировой революции". Некоторые из западногерманских городских партизан просто были перебежчиками из ГДР.

"Штази" считало деятельность РАФ вредной и опасной - поскольку из-за нее ФРГ захлестнула волна подозрительности и шпиономании, и многочисленные агенты разведки ГДР стали проваливаться один за другим.

А вот еще легенда: РАФ, дескать, осуществляла исключительно "громкие" террористические акции - специально, чтобы привлечь к себе внимание СМИ, то есть в целях саморекламы.

Ян-Карл Распе На самом деле "громкие дела" составляли лишь небольшой процент боевых акций и вызваны были отнюдь не стремлением к саморекламе. Каждая такая акция преследовала конкретную практическую цель. Петера Лоренца и Ганса-Мартина Шлейера похищали с целью обмена на политзаключенных - членов РАФ. С этой же целью захватывалось посольство ФРГ в Стокгольме. Генеральный прокурор ФРГ Зигфрид Бубак был убит в результате "операции возмездия" - именно его Ян-Карл Распе, выступая в суде, назвал организатором убийства в тюрьме Ульрики Майнхоф. Председатель Верховной Судебной Палаты Западного Берлина Гюнтер фон Дренкман был застрелен в ответ на доведение до смерти члена РАФ Хольгера Майнса, умершего в тюрьме от истощения после восьминедельной голодовки протеста. Майнс добивался всего лишь гласного суда с соблюдением обычных юридических процедур. Дренкман заявил: "Демагогия этого подонка опасна для окружающих. Он, как бешеный пес, может заразить своей ядовитой слюной всех остальных". Майнс отказался участвовать в суде, на котором запрещалось говорить ему и его адвокату, в суде, который отказывался вызывать и заслушивать свидетелей защиты и на который не допускались "посторонние", в том числе родственники и журналисты, - и объявил голодовку. Небезынтересно, что расстрел Дренкмана повлиял на дальнейшее поведение судей: хотя процессы над рафовцами и проходили с многочисленными нарушениями судебной процедуры, вести себя так радикально и демонстративно, как Дренкман, не осмелился больше никто.

На самом деле акции городских партизан были направлены в основном против карательных органов государства и против американских военных объектов и объектов НАТО в ФРГ. Скажем, только в мае 1972 г. были взорваны бомбы в штаб-квартире 5-го корпуса армии США во Франкфурте-на-Майне, в здании Управления криминальной полиции Баварии в Мюнхене, в здании полицай-президиума в Аугсбурге, в Главном штабе армии США в Европе в Гейдельберге, в машине судьи Вольфганга Будденберга и т.д.

Автомобиль, взорванный перед зданием Управления криминальной полиции Еще один миф (тоже, кстати, содержащийся в школьном учебнике А. Кредера): западногерманское государство разгромило и победило городских партизан, а их лидеры покончили с собой. На самом деле левая герилья в ФРГ длилась 30 лет, в одной только РАФ сменилось 5 (!) поколений, и именно последнее, пятое поколение, объявило из подполья в апреле 1998 г. о роспуске РАФ в связи с радикальными изменениями ситуации в Европе и мире вообще и необходимостью анализа новой ситуации и выработки новых методов борьбы. Бoльшая часть этого пятого поколения до сих пор не известна властям по именам, а меньшая, известная, не вышла (несмотря на роспуск РАФ) из подполья. Андреа Клумп (Совсем недавно, 16 сентября 1999 г., в перестрелке с полицией в Вене погиб разыскивавшийся член РАФ Хорст Людвиг Майер и была ранена и арестована другая разыскивавшаяся рафовка Андреа Клумп.) То есть организация не была разгромлена, а прекратила свою деятельность сама - и есть вероятность, что как прекратила, так и возобновит. Тем более, что "Революционные ячейки" продолжают свою деятельность, так же как и "Класс против класса" и, возможно, "Антиимпериалистические ячейки сопротивления" (AIZ) - во всяком случае, полиция подозревает, что появившаяся несколько лет назад западногерманская террористическая группа "K.O.M.I.T.E.E." на самом деле является ответвлением AIZ. Не менее загадочной организацией является также возникшая в 90-е "Барбара Кистлер Коммандо". По мнению одних (например, БНД - Федеральной разведывательной службы), это организация, созданная бывшими анархистами-автономистами, перешедшими на платформу "неавторитарного марксизма", по мнению других (например, БКА - Федерального ведомства уголовной полиции) - всего лишь псевдоним пресловутых AIZ.

Что касается "самоубийства" лидеров первого поколения РАФ, то в это "самоубийство" никто в ФРГ не поверил. Ульрика Майнхоф "повесилась" в своей камере непонятно как (потолок был в 4 метрах от пола) и неизвестно когда (в одних официальных документах сказано, что 8 мая 1976 г., а в других - что 9 мая; это при том, что Майнхоф проверяли каждые 15 минут и обыск в камере проводился 2 раза в сутки). Абсолютно все понимали, что Ульрика не могла покончить с собой именно 8 мая (считающегося днем победы над нацистской Германией в Западной Европе) или 9-го (эту дату левые в ФРГ - так же, как и в СССР - праздновали как День победы над фашизмом). Еще более показательно то, что церковь отказалась признать Ульрику Майнхоф самоубийцей - и похоронила ее в церковной ограде.




Ульрика Майнхоф в тюрьме Штамхайм

Вокруг "самоубийства" в 1977 г. в тюрьме Андреаса Баадера, Гудрун Энслин, Яна-Карла Распе и Ингрид Шуберт власти нагородили столько нелепостей, что явно перестарались. Содержавшиеся в строгой изоляции в тюрьме "Штамхайм" узники - при системе "мертвых коридоров" (одиночки строжайшей изоляции), при том, что их переводили в другие камеры каждые две недели, при том, что "Штамхайм" была построена из специального сверхпрочного бетона - оказывается, "продолбили в стенах камер тайники", где прятали оружие, патроны, радиоприемники, запас взрывчатки, "пригодный для производства мины средней силы или нескольких гранат", а Ян-Карл Распе еще и "аппарат Морзе" (зачем?!). Левша Баадер якобы убил себя выстрелом в затылок (!) правой рукой (!). Гудрун Энслин повесилась на куске электрокабеля (непонятно откуда взявшегося) на крюке в потолке, но так и не нашли предмета, при помощи которого она могла бы залезть вверх. На ботинках Баадера, как официально сообщили, был обнаружен песок, "идентичный песку аэродрома в Могадишо" (в Могадишо, столице Сомали, в ночь с 17 на 18 октября 1977 года - в ночь гибели Баадера и других - спецподразделение "коммандос" из ФРГ берет штурмом самолет "Люфтганзы", захваченный четырьмя партизанами, требовавшими в обмен на пассажиров-заложников освобождения 11 политзаключенных - членов РАФ). Это уже что-то шизофреническое!

Ирмгард Мёллер Наконец, Ирмгард Мёллер оказывается жива - несмотря на 4 ножевых ранения в грудь. Прежде чем ее изолируют от адвокатов, она успевает рассказать, что около 4 часов ночи кто-то ворвался к ней в камеру - и дальше она очнулась уже на больничной койке. Официально орудием "попытки самоубийства" был объявлен столовый нож - тупой и с закругленным концом. Надо быть силачом, чтобы пробить себе грудную клетку таким ножом хотя бы один раз!

Адвокат РАФ Клаус Круассон привел этот и многие другие факты - и обвинил власти в убийстве бойцов РАФ. Против него тут же завели уголовное дело - "пособничество терроризму". Круассон бежит во Францию и там публикует новые факты, подтверждающие его обвинения. Власти ФРГ добиваются его ареста и выдачи и осуждают за "принадлежность к террористической организации". Когда срок заключения у Круассона истечет - его "раскрутят" на следующий - на этот раз по обвинению в "шпионаже в пользу ГДР"!

Генрих Бёлль - все-таки Нобелевский лауреат - пытается выступить в печати с опровержением официальной версии. Его тут же начинают остервенело травить, у сына Бёлля проводят обыск "по подозрению в сотрудничестве с террористами". Всех, кто выражает малейшее сомнение, объявляют "симпатизантами". "Симпатизантов" травят в СМИ, запугивают их родственников, друзей и сослуживцев, выгоняют с работы. Люди боятся здороваться с "симпатизантами", при виде их переходят на другую сторону улицы. В число "симпатизантов" записывают вслед за Бёллем и самых талантливых писателей ФРГ - Гюнтера Грасса (того самого, который получил в 1999 г. Нобелевскую премию!), Альфреда Андерша, Макса фон дер Грюна, Петера Шютта, Рольфа Хоххута, Мартина Вальзера, Вольфдитриха Шнурре, Зигфрида Ленца, Ганса-Магнуса Энценсбергера, Петера Вайса, Гюнтера Вальрафа. Председатель Союза писателей ФРГ Бернт Энгельман выступил о официальным заявлением от лица Союза, в котором предупредил, что если эта кампания травли и клеветы не прекратится, ведущие писатели ФРГ будут вынуждены эмигрировать. Большинство газет отказалось напечатать заявление Энгельмана! Следом за немецкими писателями в "симпатизанты" записали швейцарцев Макса Фриша и Фридриха Дюрренмата. Затем - кинорежиссеров Райнера-Вернера Фассбиндера, Маргарет фон Тротта и других. Рок вообще был объявлен "музыкой симпатизантов"!

Церковь в 1977 г. вновь отказалась считать погибших самоубийцами - и они тоже были похоронены в церковной ограде. Епископ Вюртембергский отказался объяснить, почему церковь не верит в официальную версию о самоубийстве, сославшись на тайну исповеди. А когда власти попытались надавить на бургомистра Штутгарта - чтобы он воспрепятствовал захоронению "самоубийц" на городском кладбище, бургомистр - сын знаменитого гитлеровского фельдмаршала Роммеля, известный своими правыми взглядами, неожиданно резко ответил: "В 44-м тоже были сплошные самоубийцы: мой отец, Канарис... Может, их тоже выкопать из могил?" ("Лис пустыни" Эрвин фон Роммель был принужден гитлеровцами к самоубийству - им не хотелось судить "национального героя", Канарис же - вопреки официальному сообщению - был повешен). Продолжение следует...